Путь Пашиняна. Как армянский премьер победил на выборах под лозунгами, за которые бы посадили в Украине
Партия армянского премьер-министра Никола Пашиняна сумела удержаться у власти.
Она взяла менее 50%, что меньше, чем 60% и более процентов, чем ей давали до выборов лояльные социологи, но достаточно, чтобы сохранить большинство. И, соответственно, вновь обеспечить Пашиняну пост главы правительства.
При этом, если в парламент после окончательного подсчета не пройдет "Процветающая Армения", балансирующая, по предварительным итогам, на грани проходного барьера в 4%, то партия премьера получит 3/5 мест в Национальном собрании, что даст ей возможность назначать судей Конституционного суда, генерального прокурора и ряд других лиц. Но, в отличие от парламентов двух прошлых созывов, она не будет иметь конституционного большинства в 2/3 голосов, чтобы менять Основной закон.
Оппозиция уже заявила о фальсификациях и масштабном политическом давлении, однако пока не очень похоже на то, что она сможет добиться через улицу пересмотра результатов голосования в свою пользу.
Из-за того что в течение последнего месяца предвыборной кампании, после проведения в Ереване саммита Европейского политического сообщества с участием украинского президента Владимира Зеленского, обострились отношения Пашиняна с Кремлем. А само голосование в Украине, в Европе, и в России воспринималось как плебисцит на тему геополитического выбора страны.
И, соответственно, победа Пашиняна комментируется сейчас как триумф курса "прочь от Москвы" на Кавказе.
Однако тут есть три важных нюанса.
Первый – сам Пашинян так вопрос не ставил. Хоть он и использовал тему евроинтеграции и "сопротивления диктату Москвы" для пиара, в его предвыборной кампании это скорее было "гарниром" по отношению к "основному блюду", о котором скажем ниже. Сам армянский премьер все время подчеркивал, что вступление в Европейский союз – это далекая перспектива, а потому на данном этапе Ереван не хочет уходить из Евразийского экономического сообщества. Правда, в случае с Арменией Кремль ставит сейчас вопрос ребром – если продолжится курс на евроинтеграцию, то о членстве в ЕАЭС и о вытекающих из него преференциях нужно будет забыть. Но Пашинян такого выбора всеми силами пытается избегать. В первую очередь – исходя из экономических выгод от ЕАЭС. И неизвестно, какие будут условия интеграции от ЕС, которые нужно будет еще долго согласовывать, чтобы пробиться на европейский рынок (на примере Украины все видели, как это непросто).
Второй нюанс – геополитическая ситуация на Южном Кавказе остается неопределенной. И это также важный фактор, который останавливает Ереван от полного разворота "прочь от России" в виде выхода из ЕАЭС и окончательного прощания с ОДКБ. Политика Пашиняна, включая развитие связей с ЕС и США, а также попытки замирения с Турцией и Азербайджаном, вписана в две глобальные концепции. Первая – создание прямого транспортного коридора между Турцией и Азербайджаном через так называемый Зангезурский коридор в Армении. Вторая – политика Запада по минимизации влияния РФ на Южном Кавказе. Обе концепции находятся друг с другом во взаимодействии. Так как Запад воспринимает турецко-азербайджанский коридор как потенциальный маршрут транспортировки энергоносителей и прочих товаров из Центральной Азии в обход России. Собственно, в этом и есть суть презентованного еще в прошлом году проекта "маршрут президента США Дональда Трампа" под управлением консорциума TRIPP Development Company, в котором 74% принадлежат США. Ереван, согласно этим концепциям, получает инвестиции, безопасность (через мир с соседями под гарантии США и ЕС), а также, в перспективе, евроинтеграцию.
Идея выглядит красивой, если не учитывать "боковых ветров". Во-первых, после пока неудачной для США войны с Ираном в геополитике на Ближнем Востоке происходят тектонические сдвиги. Если американцам не удастся сокрушить власть в Тегеране, то влияние Вашингтона сильно упадет. А Ирана и других крупных региональных игроков – увеличится. В Тегеране, к слову, не скрывают, что им "маршрут Трампа" абсолютно не нравится. Да и с Азербайджаном у Ирана отношения напряженные. Во-вторых, ЕС сейчас находится далеко не в лучшей форме. Быстро накапливаются экономические трудности, зависимость от поставщиков сырья, особенно, энергоносителей. Вместе с проблемами США в регионе это ставит под вопрос возможные гарантии от Запада безопасности Армении, если ее отношения с Турцией и Азербайджаном вновь испортятся. А этого исключать нельзя. Никакой особой любви к армянам ни в Баку, ни в Анкаре не испытывают. Азербайджан в процессе переговоров о нормализации отношений выставляет Армении довольно жесткие условия. В том числе требует изменений в Конституцию, по поводу которых Пашинян обещал провести референдум. Но его успех не гарантирован.
Если влияние ЕС и США на Ближний Восток будет падать, то для Армении есть риск, что Азербайджан решит пробить "коридор" силой (о таких планах в свое время заявлял экс-госсекретарь США Энтони Блинкен) и Европа никаких санкций против него за это ввести не посмеет. В-третьих, Россию также полностью со счетов в регионе списывать пока рано. Москва через ЕАЭС имеет свои рычаги влияния на Ереван, которые она уже показала готовность использовать. Плюс к этому у нее есть свои отношениям с Ираном. И вместе они могут попытаться повлиять на реализацию намеченных Западом планов на Южном Кавказе. То есть ситуация для Армении неопределенная. А потому, куда именно она развернется в нынешнее турбулентное время, вопрос открытый.
Третий нюанс – как писалось выше, сам Пашинян в своей кампании основной упор делал не на выборе между Россией и Европой, а на выборе между войной и миром. Он заявлял, что после поражения в войне за Карбах Армении нужно переосмыслить свой путь. Несмотря на все обиды, восстановить отношения с соседями, хоть с Азербайджаном было две кровавые войны за Карабах, а Турцию армяне обвиняют в геноциде, в ходе которого было убито полтора миллиона армян. "Это обеспечит мир. Иначе – вечная война. А нам нужен мир, развитие, спокойная жизнь", - такую идею пропагандировал Пашинян, параллельно заявляя, что движение за Карабах было фатальной ошибкой, а тему геноцида армян продвигал Советский Союз, чтобы поссорить армян и турков. Это шокировало многих армян, для которых память о геноциде и борьба за Карабах были важнейшей частью национального самосознания. Тем более что Турция не только не принесла извинения за геноцид, но и отрицает сам его факт. Понятно, что не собирается приносить никаких извинений и Азербайджан, который считает войну за Карабах священной битвой за восстановление территориальной целостности. Тем не менее, несмотря на критику, Пашинян продолжал продвигать свой тезис "Армении нужен мир и примирение с соседями, пусть для этого и нужно переступить через исторические обиды". И, как видим, набрал на выборах почти 50% голосов.
В нынешней Украине за такие тезисы любой политик получил бы как минимум приговор за госизмену. И сейчас кажется невероятным, чтобы кто-то подобные вещи озвучивал. Но и в Армении еще 10 лет назад казалось фантастическим, что будут звучать речи о борьбе за Карабах как о "фатальной ошибке".
Да, можно говорить, что нынешнюю позицию Пашиняна определяет опыт проигранной войны в Карабахе, а также то, что восстановления отношений с Турцией и Азербайджаном вписано в единую геополитическую линию Запада, выступающего как бы гарантом процесса.
А ситуация в противостоянии Украины и России сейчас совершенно иная.
Но тем не менее показателен сам подход "закрыть проблемы с соседями ради прочного мира".
Как мы уже писали, после завершения войны (если она не закончится полным разгромом одной из сторон) и перед Украиной встанет вопрос о характере дальнейших отношений с Россией – абсолютная их заморозка, переход в состояние гибридной войны с перспективой возобновления "горячей стадии" или как минимум попытка нормализации на той или иной основе.
